Андрей Травин (volk) wrote,
Андрей Травин
volk

Category:

Письмо домой VI (письмо-тезисы, включая рецензию на фильм "Кислород")

Того, что было, почти не осталось. Лето скоро вернется. А вот лоскуты прежней жизни пожрет тишина памяти, или они просто останутся брошенными.

Цветное и пестрое оставляется миру китча. А мне по душе — черно-белое, монохромное, цельное.
Черно-белое предостерегает против чрезмерного огня, рекомендует свет.
Черно-белое фото — шаг в сторону от реальности — как раз то, что нужно.

Андрей Травин

Моя склонность к бегству, анархии и свободе остается. Но уже исчезают полуночные тени, которые пришпоривали желания, сотрясая мое существо. Например, ее поцелуи — теплое вино, от которого пришлось навсегда отказаться...

И есть некий период, когда человек, обладающий смутным ощущением новой жизни, должен решиться следовать тому новому знанию, которое уже пришло в него. Довериться тому, что представляется еще предельно размытым. Не пытаться узнать, чем всё закончится (хотя есть немало людей, которых даже подмывает дописать историю Летучего Голландца, которая будет у них иметь какой-то финал).

А люди не умеют жить в сегодняшнем дне. Им удобнее заскакивать назад и вперед — это хорошее спасение от страха перед настоящим, с которым надо что-то делать. Так было всегда, возьми хоть шумерские источники — там будет ровно то же.

Но есть еще один поворот темы.
Раньше важная информация о мире приходила, словно письмо в бутылке. Только для тебя и для некоторых приближенных, узнавших тайну. А теперь нет смысла смотреть на изнанку мира. Происходящее с нами стало понятно даже кадровикам, то есть типичным обывателям, представителям масс.

Но понимание пониманием, однако лишь индивидуальные усилия того, кто убежден, что только так и может быть, дают в конечном счете эффект.

А в моменты, когда накопленный опыт становится бесполезен, случается его сворачивание в сгусток энергии и через это — освобождение от старых форм.

Андрей Травин

Россия наполнена ничейным пространством. Это настоящий склад пространства, в котором охраняют границы.
Вот в Испании нет таких пустот, земли, которая никому не принадлежит. Ни в одном дворе нет пустыря, в котором можно поссать. В какой-нибудь Дании, полагаю, тоже нет, просто по всей Европе я не бывал.

Все мы привыкли действовать в этом огромном российском пространстве, осваивать его вместо того, что облагораживать, совершенствовать то, что рядом, то, что уже есть.
А теперь надо заниматься именно этим. Не открывать сто новых точек продаж, а увеличивать отдачу от тех, что имеются, совершенствовать производительность.

Как это трудно! Ведь всю жизнь было — только открой варежку, и в нее сыпятся подарки один за другим. В Кадисе поймал это подзабытое ощущение раздачи сокровищ желающим и будто вернулся в старые времена. А теперь кончилось это время...

Скоро на экраны выходит фильм "Кислород" (Россия, 2009, режиссер Иван Вырыпаев). А я его уже смотрел на закрытом показе. Так я скажу, что это не кислород — это сера. То есть кино, где автор показывает лишь свой внутренний ад.

Читал, что во время гебельсовских радиопередач создавались искусственные помехи: шум ветра, лай, детский плач. Тем самым добавлялся эффект жизненного присутствия, чтобы люди легче доверяли лжи из приемников. В фильме тоже чувствуется, что зрителем манипулируют, насильно заставляя поверить в уместность натужных споров с Ветхим Заветом. Ради этого фильм смонтирован с постоянным шевелением в кадре чего-нибудь.

Обычно в мировоззрениях есть точки малодушия, вокруг которых выстраиваются концепции, оправдывающие это малодушие. В фильме это даже не скрывается. Заповеди о том, как надо любить Бога, разбиваются об известный принцип "нельзя, но если очень хочется, то можно". И текст фильма, который прежде был театральной пьесой, некоторым нравится как раз своей наглостью. Типа того, как боксеры-сквернословы (Джеймс Тони и др.) нравятся именно тем людям, кто сами хотели бы быть таким же нахальными, но не могут.
Актеры корчат напряженные рожи, как будто перетирают разговоры на зоне или читают рэп. Уж как их корежит, сколько сил отнимает богохульство! Хотя вообще, как заметил один остряк, желание говорить о пафосных вещах на языке гопников "превращает любое высказывание в энергичное мычание".

Вырыпаев бесстыден. И его тексту присущ признак современных ересей — он субъективен. Еретики первых веков излагали свои взгляды как объективную истину. А нынешние делают вид, что объективной истины не существует, есть мнения.

Но хватит про "Кислород". Все поэты нарушали необходимый покой души. Но у меня — другое. Это письмо почти также, как и сама любовь, освобождает от ностальгии давней влюбленности.

Бывало, стоишь на мосту через Москва-реку в районе Нескучного сада. В лицо ветерок и вечернее солнце. Внизу на берегу по традиции танцуют-учатся пары. И из музыки долетает лишь одно слово "амор"...

А бывает, входишь в двери, а там восковые лица; мясо, жаждущее удовольствий; шелковые костюмы; лаковые ботинки... Уходящая натура? Пусть остается — до настоящего очистительного урагана...

А у меня — три месяца жизни с ощущение пустоты внутри. Но я не могу долгое время держать мой разум без ответов, он постоянно восстает против меня и пытается разрабатывать стратегии...
И этот узел в горле, не признак ли тревоги о том, что нет возврата к себе, которым я был?

Фотографии - malvinka555.

Из прежних подобных постов — "Монохромность". Она даже больше подходит по стилю, чем мои предыдущие "Письма домой".
Tags: кино
Subscribe
promo volk june 10, 2014 15:49 17
Buy for 100 tokens
Тюремное служение — разновидность кахетизаторства и миссионерства. Заключенные любят, когда их посещают миссионеры в тюрьме. Причину называют внятно: миссионеры по сути единственные, кто общаются с зеками на равных. Кстати, охранники называют их «злодеи» (беззлобно, просто как…
  • Post a new comment

    Error

    default userpic
    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 2 comments