June 26th, 2001

Огонь

Женщина

Недавно у Ольги Арефьевой сменился дизайн. В результате пропала ссылка на меня. Проявлялась она крайне неравномерным образом: то неделями никого, то за день - три десятка реферов.
Наиболее необычное обновление сайта - чужие песни с аккордами.
А вообще интересная жизнь у Арефьевой - брать уроки вокала, танца, гитары... Но в итоге пока имеем три интересных мелодии и ни одного интересного стихотворения. Зато она безо всяких трудов является обладательницей просто точеной попы (я сам не видел, мне рассказывали). Как поется в ее старой песенке, которую я услышал только в нынешнем году, "женщина - всегда она".
promo volk june 10, 2014 15:49 17
Buy for 100 tokens
Тюремное служение — разновидность кахетизаторства и миссионерства. Заключенные любят, когда их посещают миссионеры в тюрьме. Причину называют внятно: миссионеры по сути единственные, кто общаются с зеками на равных. Кстати, охранники называют их «злодеи» (беззлобно, просто как…
Огонь

Цитаты из "Мачо"

Слоган "Сeкc-Драгс-Рок-н-Ролл" сдох еще до того как мой папа узнал, какого цвета у мамы трусы.
Сегодняшним девизом должно быть что-то вроде "Деньги-Радио-Оральный Секс"... Паренек, который сказал мне это, недавно умер от героина...
Назаров говорит, что мой роман - это эпитафия всем ублюдкам, просравшим свою молодость... свою жизнь...

…в те годы, когда люди слушали не радио, а альбомы.

Лето выдалось жарким. Может быть, самым жарким за столетие. Город пах, как вареная рыба. Продавцы мороженого и холодного пива становились миллионерами в три дня. Тропическое слово "сиеста" наполнялось глубинным смыслом. Человек в пиджаке мог быть только иностранным шпионом…
Я навсегда поругался со знакомой девушкой, которая сдуру попробовала на улице взять меня за руку. Секс был невозможен в принципе. Лицом поймав ветерок, хотелось упасть и совершить намаз. Иногда по ночам в небесах что-то рыгало. "Неужели?" - замирали жители тропического города Санкт-Петербурга. Но приходило утро, и ничего не менялось.
Огонь

Про тридцатилетных "Мачо" - без цитат

Бездарно жить как потерянное поколение, родившись именно в такое время. Им было пятнадцать, когда началась перестройка, двадцать, когда распался Советский Союз, двадцать пять, когда началась первая чеченская война. У них уже не было ни коммунистических идеалов, ни романтических. Им не пришлось служить ни в Афгане, ни на Кавказе. Можно было в двадцать лет начинать свое дело, а компьютер был также естественен, как зубная щетка. И эти люди коптили небо, прожигая жизнь таким синим пламенем?! Хотя, конечно, душа у них все равно умирала позже, чем печень.
Но сам Стогoff начисто лишен пафоса моей реплики.