Как известно всем, кто отслеживал своё самоизменение, в зоне нашего комфорта лежит то, что мы воспринимаем как должное. А в зоне того, что мы считаем роскошью, лежит то, что мы считаем для себя недостаточно доступным.
Проверка проста: если от некоего материального предмета сложно отказаться, значит он все еще лежит в зоне роскоши. От того, что находится в зоне комфорта, отказаться бывает обычно очень легко.
Область комфорта характерна свободным оборотом энергии. А оборот — это как приход, так и расход. Подсознание знает, что из того, что находится в зоне комфорта, можно легко уйти и так же легко вернуться.
Нынешней весной непривычное воздержание прописывало мне черный кофе с бальзамом против спокойствия. А в это время молчание кричало мне то, что я никак не мог тогда осознать.
Когда мои желания стали отваливаться и превращаться в пустоту одно за другим, это означало ровно одно. Все, что я знал раньше, превратилось для меня в зону комфорта, потому что роскошью стала лишь вожделенная новая жизнь, в которой «очаг», существующий во мне, удастся «запалить», получив в распоряжение весь мир.
P.S. Лето в городеНынешним летом мир представляется мне все более картонным. К ленте это тоже относится, ну а к СМИ - и подавно. Говорят (Карлос Кастанеда, Сергей Калугин), что это - признак духовного роста. Не знаю.
А вот Москва, каждое лето обрастающая верандами...
Москва по-прежнему для меня каменная.
Особенно мне нравятся «кросс-прогулки» – поперек Арбата, поперек Петровки…
Только странно: не считая попрошаек неопределенного возраста, как будто из центра города куда-то делись мои ровесники. Если потребуется в себе разобраться, спросить совета – не у кого.
На втором этаже Макдональдса гадалка гадает девице на картах таро. Разве это выход?
В ресторане «Улица ОГИ» в шесть вечера пятницы - ни одного посетителя. Нижний зал, верхний зал, веранда - никого… Спустя два дня на «Нейтральной территории» встречаю владельца всех ОГОВ, и тот говорит, что его это тоже удивляет.
Вот-вот. Не писатель выбирает город, а город выбирает писателя.
В принципе, я бы не отказался. Но пока просто удивляюсь.
***
Пользуясь утренним временем, билитерша кинотеатра легкомысленно покинула свой пост. А на своем стуле оставила нераспечатанную пачку городского журнала "Где?"...
Летом в городе у меня часто возникает этот вопрос. Где дом, который только что был здесь? Где кабак, в который я запомнил дорогу? Где чувства, которые только что были здесь? Ведь были же, были совсем недавно. Наверное, по Москве можно ходить с этим вопросом на лице и музыкой "Сплина" в душе. Но я не поддаюсь. Я иду по Садовому кольцу, блаженно улыбаясь. Там так много машин и так мало прохожих, что в этом автомобильном шуме, можно петь в голос, не волнуясь, что тебя услышит кто-то другой...
Каждая матрица стремится к перезагрузке. Москва-река - как пример. Москва-матрица - не исключение.
Осенью город станет более влажным и вопрос "где?" будет проступать водяным знаком неохотно конвертируемой валюты - нашей любви к городу (и к некоторым замечательным горожанкам).
( ... )